23:35 

Воспоминания Селандины Кеннингтон и отрывок из воспоминаний ее мужа

tes3m
Я перевела короткий очерк о Т.Э.Лоуренсе, написанный Селандиной Кеннингтон, женой художника Эрика Кеннингтона, для сборника "Т.Э. Лоуренс в воспоминаниях друзей" (1937).

     Когда я впервые встретила Т.Э., я не знала, кто он, и он не произвел на меня сильного впечатления. Он пришел в тот дом как друг Эрика, и я помню, как он сидел чуть в стороне от других на жестком диване. Он вызвал у меня ощущение чего-то странного, когда сидел там, очень красивый и очень неподвижный, как некая прелестная экзотическая птица или зверь в неволе — безупречно владеющий собой, но жаждущий, чтобы все кончилось. Когда мы вышли, он радостно принял участие в шутке: на диванные подушки надели пальто и шляпу и положили кошмарную куклу на диван, чтобы озадачить того, кто придет позже.
     Я слышала со всех сторон, что он чувствует отвращение к женщинам и что он сказал: "Кеннингтон женился, больше мы о нем не услышим", и встревожилась, узнав, что он придет в наш дом на Чизвик Молл. Он в шутку сказал Эрику: "Надеюсь, твоя жена не коллекционирует негритянские скульптуры". Эрик сделал великолепнейшую поддельную африканскую статую из комков пластилина и разных бытовых инструментов: мы установили ее на видном месте в столовой, но Т.Э. и бровью не повел.
     Я робко сидела напротив Т.Э. и помню только, какое чрезвычайное впечатление произвел на меня его испытующий взгляд. Т.Э. мог быть веселым или отчужденным, затем в его глазах вспыхивал внезапный голубой огонь и было потрясающее ощущение силы, ты понимал, что он мог по своему желанию узнать о тебе все, что можно узнать, и мог, если пожелает, заставить тебя сделать то, что он хочет. Это было что-то вроде неиспользуемой в тот момент гипнотической силы, скрытой и огромной. От этого я перестала робеть, так как поняла, что это бесполезно — он все о тебе знает, и ничего тут не поделаешь.
     Вскоре после этого у меня был крайне тяжелый выкидыш, несколько дней я была ужасно больна и не хотела больше жить. Тогда Т.Э. поднялся ко мне: сел на стул, наклонившись вперед и держась за него руками, устремил на меня взгляд и начал: "Конечно, вы, должно быть, чувствуете, что очень несчастны, вы чувствуете, что потерпели неудачу в своем деле, и это чуть ли не самое важное дело в мире... вы, должно быть, чувствуете, что совершенно никуда не годитесь и отныне все бессмысленно..." Он продолжал, не останавливаясь, описывать меня мне же самой, прояснять мои ночные кошмары, давая им определение, и делал все это с женской точки зрения, а не с мужской. Казалось, он знал все, что может означать выкидыш, вплоть до стыда быть из-за него осмеянной, и в то время, как он говорил, тепло начало втекать в меня, вместо того, чтобы струиться из меня прочь, он не только показывал вещи такими, какие они есть, он давал силу начать все сначала. Моя мерзкая сиделка сказала: "Я не могу пускать сюда посетителей. Она слишком слаба, чтобы говорить... И гляньте, сколько этот человек оставался". Затем, нехотя взглянув на меня: "Должна признаться, вы не выглядите уставшей... Вы выглядите лучше". Еще долго пришлось восстанавливаться физически, но с того времени духовно я была в порядке. Конечно, после этого я искренне полюбила Т.Э.
     Когда у нас бывали посетители, которые могли оказаться утомительными, мы прятали его под навесом для дров, усадив на колоду для рубки мяса за укрытием из вязанок хвороста. Однажды летним вечером он явился в Холли-копс на своем мотоцикле и увидел, что мы накрыли ужин в саду; он улыбнулся и сказал: "Думаю, я могу привести сюда моего друга", и сходил за пареньком из военно-воздушных сил, который был с ним. У нас был оживленный ужин, Т.Э. точно знал, как вовлечь в разговор этого мальчика, всякий раз, когда считал это нужным. После ужина Т.Э. и Эрик ушли обсудить дела, и мальчика было легко разговорить. Он, кажется, считал Т.Э. величайшей редкостью, кем-то очень драгоценным, но довольно неумелым, таким, что нужно ради его же блага мягко им помыкать и заставлять заботиться о необходимых в их поездке мелочах (я забыла о чем: о пальто или о чем-то еще в этом роде) против его воли.
     Ненавидел ли он женщин? Об этом так часто спрашивают. Я думаю, что нисколько не ненавидел, но он не испытывал к ним обычного интереса с сексуальной точки зрения, а еще он глубоко не одобрял то, что делают многие женщины - мешают мужчине выполнять его предназначение. Они склонны лишать его стремления к приключениям, они удерживают его, чтобы он заботился об их удобствах. Против этого он выступал постоянно и упорно. Некоторые люди, послушав, как о нем рассказывает Эрик, часто спрашивали меня довольно многозначительно: "Ну а вы что о нем думаете?" Этот вопрос всегда вызывает у меня тот же неизбежный прилив чувства, и я обнаруживаю, что начинаю отвечать, необдуманно выпалив: "Ну, понимаете... Он спас мне жизнь".
Текст в оригинале
Эрик Кеннингтон написал о Лоуренсе намного больше (он ведь и общался с ним больше). Его впечатления порой совпадают со впечатлениями его жены: он пишет о гипнотической силе, которой, по его мнению, мог обладать Лоуренс, и которую тот будто бы однажды применил к нему (I think he used mesmeric power (later he strongly denied doing so) — p. 230); о том, что "было легко стать его рабом" (p.231), о его "кристальных" глазах, похожих на глаза животного, одаренного человеческим разумом и т.д. Я перевела один отрывок, описывающий тяжелое состояние духа, в которое Лоуренс впал после увольнения (против его желания) из военно-воздушных сил в 1923 году.

     Я впервые приехал в Клаудс-хилл познакомить Т.Э. и Пайка, который должен был стать его печатником. Дверь была открыта, мы с Пайком вошли и оказались среди молодых людей. Т.Э. до этого всегда казался обособленным ото всех и не говорил о других знакомствах, так что это оказалось неожиданностью. Все в униформе танкового корпуса, они чувствовали себя совершенно непринужденно — читали, беседовали, писали. Величайшей неожиданностью оказалось состояние Т.Э. Он был одержим бесами; заметно похудевший, бледный, испуганный и дикий. Казалось, он избегал смотреть на меня, а когда посмотрел, его взгляд был враждебен, но он так быстро обрел свое обычное спокойствие, что первое впечатление забылось на несколько лет. Он нашел танкиста, чтобы я его рисовал, а сам занялся обсуждением множества вопросов с Пайком. Рисуя, я отметил, что он делал это быстро, но без спешки, и что трудное он превращал в легкое, а головоломное — в простое. На лице Пайка появились понимание, энергия, а также глубокое доверие. Я сосредоточился на рисунке, и Т.Э. подошел, незамеченный, и захихикал у меня за плечом. "Удивительно... Странно... Ты нарисовал женщину, Кеннингтон". Я запротестовал. Он настаивал: "Нет, это лицо женщины". Позирующий был смущен.
     В одном я совершенно уверен. Того, что Т.Э. не в себе, — а это был какой-то страшный сон средь бела дня, — и что было так очевидно для меня, не видел никто из этих молодых людей.
     До этого он, хотя и дал мне прочитать свою книгу, всегда скрывал от меня нигилизм — проклятие, настигавшее его периодами. Возможно, он не открывал его мне потому, что знал — нигилизм мог бы разрушить художника-творца, а возможно он знал, что я буду надоедать ему насмешками. Думаю, дело было в первой, более благородной, причине.
     Он шутил по поводу своих неприятностей среди танкистов, так что я не догадывался о длительной пытке, которую он там претерпевал, но именно во время своей службы в танковом корпусе он нанес нам чрезвычайно странный визит — без предупреждения, как обычно, и с солдатом* на заднем сиденье мотоцикла. В тот раз — впервые — он отбросил все предосторожности. Стена боли разделяла нас и его. Мы чувствовали себя беспомощными, потому что он смотрел на нас так, словно это мы были виноваты в его разочарованиях. Возможно, он специально для того и приехал, чтобы поссориться. Выглядело это так, будто Т.Э. два или три часа давал представление. Он нападал на все. На жизнь в целом. На брак, на родительские чувства, на работу, на мораль и особенно на надежду. Конечно, мы страдали и были не способны справиться с ситуацией. Нас хватало лишь на то, чтобы увиливать и тщетно пытаться обратить все в шутку. Юный танкист держался очень уверенно. Он стукнул кулаком по чайному столику и пригрозил: "А ну, хватит. Сколько раз я тебе говорил? Смотри мне прямо в лицо..." Укротитель животных и Т.Э., дикий зверь, который частично ему повиновался. Я достал то, над чем мы совместно работали, и Т.Э. был, как обычно, внимателен. Молодой человек, сидевший в стороне с моей женой, поделился своим огорчением из-за страданий Т.Э. Я не знаю, кто это был, но он имел огромное мужество и очень любил Т.Э. Как Т.Э. выходил из этих кризисов? Не думаю, что кто-то мог ему помочь, хотя он действительно казался полностью пришедшим в себя. (T. E. Lawrence By His Friends, edited by Lawrence, A. W., Jonathan Cape, London 1937, pp. 242-243)
* Видимо, Джон Брюс (записи о нем)
Селандина и Эрик Кеннингтоны)

@темы: черты характера ТЭЛ, отзывы о ТЭЛ, окружение ТЭЛ, внешность ТЭЛ, биография ТЭЛ, Брюс, masochism and sexuality, Clouds Hill

Комментарии
2011-06-14 в 05:16 

Лукиан
Имею дар смотреть на вещи бог знает с какой стороны
Удивительная история

2011-06-14 в 10:41 

tes3m
Roseanne Думаю, настоящего Лоуренса можно более или менее представить, только прочитав много написанного им самим (писем и т.д.) и много воспоминаний о нем разных людей.

2011-06-14 в 15:45 

Papa-demon
(вн)утренний Себастьян/жизнь восхитительно пуста, мне нравится.
о, спасибо!
экзотическая птица - мне кажется, это очень подходящее сравнение.

2011-06-14 в 15:59 

tes3m
Papa-demon ;) Селандина Кеннингтон — простодушная женщина, но описала его и правда поэтично.

2011-06-17 в 19:12 

Friday_on_my_mind
tes3m Меня очень тронула история Селандины, потому что я в 20 лет пережила смерть моего новорожденного ребёнка. Она права: чувствуешь это самое...и многое другое. И очень нужна поддержка понимающего человека. Рядом со мной такого Лоуренса не оказалось. А "мерзких сиделок" было немало. Откуда, как он мог знать, что она чувствует?..Загадка природы! )

2011-06-17 в 19:51 

tes3m
Friday_on_my_mind Откуда, как он мог знать, что она чувствует?.Мне кажется, это как раз не так уж удивительно, учитывая то, что он сам иногда проводил параллели между собой и женщинами: сказал Майнерцхагену, когда тот его отшлепал, что понимает, как женщина может не захотеть сопротивляться насильнику, если это сильный мужчина (он преклонялся перед силой); и в письме Шарлотте намекнул, что понимает чувства женщины во время секса, который якобы всегда насилие для женщины; и Э.Гарнетт ему написал о его, Лоуренса, "женской стороне натуры", из-за которой он преклоняется перед высокими могучими военными, вроде Тренчарда (явно Гарнетт не сам додумался, а повторил слова Лоуренса про "женскую сторону натуры"). Некоторые думают, что он тут описал свои чувства из-за Дераа. Другие не верят, что происшествие в Дераа было, но думают, что Л. его придумал не на пустом месте, а чтобы передать чувства по поводу чего-то другого, что его потрясло (некоторые подозревают, что он то ли хотел отчасти признаться публично в своей гомосексуальности, то ли осознал свой мазохизм, а Ярдли, помню, в документальном фильме сказал, что Дераа в том виде, как ТЭЛ рассказывает (сам себе противореча), похоже, не было, но могло быть что-то, "может, добровольное, может, с арабом", по поводу чего он испытывал чувства, которые выразил, написав главу про Дераа).

2011-06-17 в 20:10 

Friday_on_my_mind
tes3m Интересно! Про "женскую сторону натуры" Лоуренса мысли приходили и мне, когда читала его книги. Но, сочетание мужских и женских черт, в какой-то мере, свойственно всем людям. У Т.Э.Л. это проявлялось довольно причудливо, насколько я понимаю ) О происшествии в Дераа глава, действительно, странная...Наверно, мне просто не хочется ему верить. С другой стороны, зачем было придумывать ТАКОЕ?..Ведь, это - кошмар.

2011-06-17 в 20:26 

tes3m
Friday_on_my_mind О Лоуренсе Роберт Грейвз правильно пишет, что он преклонялся перед мужественностью, т.к. боялся, что ему самому ее не хватает. Сочетание мужских и женских черт свойственно всем, но, во-первых, и правда в разной степени, во-вторых, не все это в себе осознают, в-третьих, не все, кто сознает, из-за этого страдает.
С другой стороны, зачем было придумывать ТАКОЕ?..Ведь, это - кошмар. А зачем ему надо было нанимать Брюса для порки, заставлять его сечь себя до семяизвержения, иногда при свидетелях, и обязать его описывать эти сеансы в письмах (якобы для заказчика наказаний)? Он был мазохист, поэтому для него история Дераа могла быть не только кошмаром, но и эротической фантазией.

2011-06-17 в 20:59 

Friday_on_my_mind
tes3m не все, кто сознает, из-за этого страдает. Верно! Знаю по себе)) Но, для меня такие "эротические фантазии" - малость чересчур. Мог бы их в личном дневнике написать (и читать самому себе перед сном). А вот так, по секрету всему свету...Он ведь не только создал фантазию, но и щедро поделился ею с читателями! Для чего?..Чтобы другим тоже хорошо было?;)

2011-06-17 в 21:22 

tes3m
Friday_on_my_mind Но он не был таким человеком, которому достаточно что-то сочинять для самого себя и читать самому себе перед сномля чего?..Чтобы другим тоже хорошо было? Нет. Он сам назвал "Семь столпов" "оргией эксгибиционизма" (an orgy of exhibitionism), и это отражает суть дела: он, возможно, хотел, чтобы другие мужчины представляли, как его насилуют турки. Возможно, он хотел, вспоминая эту главу, вспоминать и то, что это их смущает, что они стараются об этом не думать, но не могут не представлять его в такой ситуации. А перед самим собой играть в такие вещи ему, наверное, было неинтересно. Нужен было другой или другие (Брюс, остальные, кто присутствовал при порках, друзья, прочитавшие книгу, друзья, которым он сам рассказывал про Дераа).

2011-06-17 в 21:31 

Friday_on_my_mind
tes3m Он в чём-то был прав.Я отчётливо помню, что полюбила его потому, что испытала сочувствие... Хотя, на сочувствие женщин он вряд ли рассчитывал!

2011-06-17 в 21:36 

tes3m
Friday_on_my_mind Все же он, хоть и говорил, что женщины ему вовсе не нужны, очень много писал о себе Шарлотте, и хотя, наверное, много придумывал, но все же нуждался в ее сочувствии, в том, чтобы она его выслушивала.)))

2011-06-17 в 21:57 

Friday_on_my_mind
tes3m Должно быть, его "женская сторона" нуждалась в подруге...или - в матери (Шарлотта Шоу была ведь намного старше?). И вообще, мне кажется, что нелюбовь Лоуренса к женщинам сильно преувеличена...ну, не до ненависти же! Селандина Кеннингтон как раз об этом говорила.

2011-06-17 в 22:24 

tes3m
Friday_on_my_mindДа, Шарлотта была больше чем на 30 лет его старше.
Он испытывал неприязнь только к женщинам, которые очаровывают мужчин. Но вполне нормально относился к пожилым, малопривлекательным, не стремящимся нравиться мужчинам и занятым хозяйством (или даже работой).
Вчера в его письме Форстеру прочла "Women are unforgivable devils", как я понимаю, в том смысле, что нет никакого оправдания для существования таких демонов, как женщины, но он там был недоволен тем, что один солдат был влюблен в свою жену, а Лоуренс, судя по всему, считал, что этот солдат ("Пош" Палмер) лучше бы встречался с Форстером (у Форстера и этого парня и правда, похоже, что-то было).

2011-06-18 в 10:54 

Friday_on_my_mind
tes3m Да, вы приводили в своём Дневнике отрывок из письма Лоуренса Палмеру. Из текста понятно, что последний с Форстером встречаться не хотел...или ему было неловко. Вряд ли это - последствия ссоры: Форстер кажется мне человеком неконфликтным...Пишу и думаю: как хорошо, что есть с кем поговорить обо всех этих людях! )

2011-06-18 в 12:12 

tes3m
Friday_on_my_mind :sunny: Раньше, когда я писала про Форстера и Палмера, я могла судить лишь на основе опубликованных до того писем, а позавчера получила изданные недавно письма Лоуренса и Форстера друг другу. Там вся история вырисовывается яснее, я о ней напишу. Жаль, писем Палмера у меня нет (ну, биографы явно не считают, что для биографии Лоуренса важны письма какого-то солдата, хотя Лоуренс очень много времени ему уделял и был очень к нему привязан), да и всех писем Лоуренса Палмеру, но и так все понятно.

2011-06-18 в 16:20 

Friday_on_my_mind
tes3m Буду ждать, когда напишете!..Вот, по поводу Лоуренса ещё и его мазохизма...Насколько мне известно (возможно, я ошибаюсь) люди такими не рождаются. Наверно, была причина такой своеобразной реакции на порку: что-то, пережитое в юности или в детстве?.. Или просто боль разрушала психологические барьеры внутри него самого, позволяя телу жить как бы отдельно от разума?

2011-06-18 в 18:20 

tes3m
Friday_on_my_mind Обычно в связи с этим пишут о том, что его мать, религиозная и очень строгая женщина, его часто секла. В том числе, по словам одноклассника, и после случая, когда его поймали за взаимной мастурбацией с другим мальчиком. Еще, я думаю, сыграло свою роль то, что он болезненно сознавал свой маленький рост, некоторые женские черты — не только психологические — у него плохо росли волосы на лице (Бернард Шоу написал, что вряд ли вообще росли), были узкие плечи и не по-мужски широкие бедра (мне кажется, с его восхищением мужским силуэтом его такие особенности строения тела должны были огорчать) и несколько женственные манеры, что отмечали французские журналисты после войны(и с чем он, видимо, боролся) — и незаконнорожденность, а другими мужчинами восхищался из-за их мужественности, силы, роста, красоты, здоровья и отсутствия его собственной психологической сложности.

2011-06-18 в 20:02 

Friday_on_my_mind
tes3m Мне нравится его внешность и его сложности ) Хотя, ему самому, видимо, нелегко было...Что до физического облика, то была и есть масса людей, куда более некрасивых и от этого не страдающих. Ведь, Лоуренс многим нравился, правда?..Тут дело не в отражении в зеркале. Это, как вы заметили, личные психологические черты. В "Семи Столпах..." он писал (не ручаюсь за точность цитаты): "На самом деле, правда состояла в том, что мне не нравился тот "я", которого я видел и слышал".

2011-06-18 в 20:10 

tes3m
Friday_on_my_mind Он страдал не от некрасивости, а от того, что был маленького роста. Очень многие были в восторге от его внешности. Да вот и Селандина пишет: очень красивый и прелестная экзотическая птица. Многие даже считали его внешность именно мужественно-красивой (обращая внимание на черты лица, прежде всего). Да он, кстати, и сам был доволен тем, что долго выглядел как мальчик. Ведь если ему не нравилась его внешность в молодости, почему он стал жаловаться приятелю лет в 45, что стареет, толстеет и лысеет (все он преувеличивал, кстати)?

2011-06-18 в 20:47 

Friday_on_my_mind
tes3m стал жаловаться приятелю лет в 45, что стареет, толстеет и лысеет Не заметила, хотя видела его фото в этом возрасте! ) Да, лицо его было не просто красивым, но - одухотворённым...интересным. Он мог страдать от несоответствия своему идеалу (в смысле роста и фигуры). Но вдруг подумалось, что будь он высоким мужчиной богатырского сложения, его история увлекала бы, волновала...но как-то меньше трогала сердце.

2011-06-18 в 21:11 

tes3m
Friday_on_my_mind Все же заметно, что он не такой худой, как после Аравии.

2011-06-18 в 21:53 

Friday_on_my_mind
tes3m Аравия - случай особый (правду пишут, что он весил после пустыни 45-47кг?) Да, старше здесь и плотнее, но всё равно, хорош. До старости он просто не дожил...Могла ли его смерть быть самоубийством? Ведь, до того несколько раз он собирался уйти из жизни по собственной воле. В то, что его могли "убрать" какие-то там спецслужбы я не верю.

2011-06-18 в 22:30 

tes3m
Friday_on_my_mind правду пишут, что он весил после пустыни 45-47кг? Не думаю, что так мало. На осмотре при поступлении в РАФ в 1923 написали, что он весил 130 фунтов (59 кг), а спрашивали, как он пишет в "Чеканке", почему он такой истощенный. А он сразу после Аравии вовсе не выглядит худее, чем в 1923.
Не знаю. Для самоубийства, мне кажется, это ненадежный способ.

2011-06-18 в 22:36 

tes3m
Кеннингтон пишет, что мать Лоуренса ему сказала, что в 18 лет Лоуренс весил 11 стоунов, т.е. примерно 69.860 кг.

2011-06-18 в 22:43 

tes3m
При осмотре в 1925 весил 128 фунтов, т.е около 58 кг.

2011-06-18 в 23:01 

Friday_on_my_mind
tes3m Для самоубийства, мне кажется, это ненадежный способ. Да, пожалуй...И ещё мне показалось по отрывкам из писем, что у Лоренса были всякие настроения, но по-видимому, он всё же не думал об этом всерьёз.

2011-06-18 в 23:08 

tes3m
Friday_on_my_mind Мне кажется, у него были планы на ближайшее будущее. Он хотел еще пожить. Есть слухи, что после увольнения из РАФ его будто бы собирались арестовать за гомосексуальные действия, если он откажется уехать из страны (Сомерсет Моэм рассказывал Олдингтону), но и в этом случае в такое самоубийство я не верю.

2011-06-18 в 23:25 

Friday_on_my_mind
tes3m Для ареста нужны неоспоримые доказательства вины, свидетели какие-то...Не слышала про них ничего. Ведь, не за книги же его арестовывать!

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Lawrence of Arabia

главная